Цивилизация. Машины. Специалисты

Цивилизация. Машины. Специалисты

Здесь черновик!

Civilization. Machines. Specialists. In English

Есть вещи, которые делаются быстро и хорошо. Потому что идут на одном дыхании. Эта работа делалась долго и плохо.

Этот текст не хотелось писать; и сам он писаться не хотел. Но во многих работах есть отдельные моменты, которые не хочется делать. Делать не хочется, но чтобы двигаться дальше, делать приходится. Этот текст – из этой серии. Он – как-бы шаг, который делать, может, и не хотелось, но сделать пришлось.

В тексте два дефекта: плохо состыкованные абзацы и главы; и отсылки назад, которых быть не должно. Но причинно-следственные связи образовывают кольца, и все их распрямить не удалось, поэтому для окончательно понимания после прочтения можно прочитать первую половину еще раз. В тексте есть короткие смысловые формулы, при непонимании их можно пропускать, далее всегда идет расшифровка. В тексте повторяется одна и та же история цивилизации, пересказанная каждый раз с несколько иного ракурса.

В этом мире цепочки причинно-следственных связей многомерно закольцованы. И следствие – терминология тоже. При расширении цепочек растет и сложность. Она вообще постоянно растет, с любым продвижением в темы. Этот текст, возможно, как раз и находится на грани сложности, которую ещё можно читать. Дальше пойдут только схемы.
Теоретически его было бы неплохо дописать. Но такой тип текста не знает предела совершенству. Его можно дописывать бесконечно.

Зачем вообще этот текст нужен? Есть много важных теоретических вещей, в которые упираются рассмотрения вещей практических. Чтобы практические вещи продвигались, теоретические нужно было определить. Этот текст как раз и определяет. Внятной, практичной социальной философии про машину нет, что удивительно. Поэтому пусть будет.

При создании этого текста считалось, что читатель знаком с текстами «О смысле структур» и «Нация и масса». Если нет, желательно ознакомиться. «Человейник», «Время техники» – желательно, но не обязательно.

Если в тексте встречаются сложные фразы, их можно пропускать, почти все такие фразы сразу же дублированы проще. Вообще сложные элементы можно пропустить, поскольку все, что важно или интересно, написано просто.

Термины «необщество», «мандаризм» и «восстание против машин» заслуживают жизни. Но это не главное.

Это вроде манифеста к «Восстанию против машин», но не манифест действия, а манифест времени и места.

И еще в этом тексте собрано всё, что нужно знать про цивилизацию. Не специалисту.

Очень не хотелось, чтобы этот текст оказался собранием разного рода малосвязанных мыслей – всех тех, которые куда-то не пошли и не пригодились; но с тем, как продолжалась работа, он таким становился все более и более. Он сокращался, потом его приходилось добавлять, он разрастался, и идеи в нем начинали теряться. Его снова приходилось сокращать, но при этом он всё рос. 260 000 знаков – всё-таки много, хотя на полноценную книгу не тянет; так, мягкая обложка.

Возможно, что его вообще невозможно нормально дописать. Собственно теме не помешало бы академическое исследование. Может быть, когда-нибудь…
Так что – что получилось – то пока и будет.

Скачать текст doc.

Другие книги тут.

Обсуждение в ЖЖ

244 thoughts on “Цивилизация. Машины. Специалисты

  1. Anonymous

    К главе Глупость и жестокость
    Законы в христианской империи Константина Святого и его приемников:
    Чиновникам-взяточникам отрубали руки («Кодекс», 1.16.7), нерадивым опекунам, не уследившим за девичьей честью воспитаний, заливали в глотки раскалённый свинец («Кодекс», 9.24.1), сборщиков налогов, грубо обогащавшихся с задолжавшими женщинами, «казнили с применением пыток»; доносчиков душили и, «отрезав язык, вешали им на шею» («Кодекс», 10.10.2); рабов, жаловшихся на господ, распинали («Кодекс», 9.5.1.1); виновного в отцеубийстве или матереубийстве следовало «не казнить ни мечом, ни огнём, ни иным привычным способом, но зашить в тесный киданный мешок вместе со змеями», а затем бросить в реку или в море, дабы, «ещё живой, он утратил все чувства» («Кодекс», 9.15.1).
    Всякий, кто осмелится приносить жертвы, должен быть «поражён карающим мечом», а «имущество его изъято в казну». Всякий проконсул или перфект, не наказывающий нарушителей, «пусть будет так же наказан сам» («Колекс Феодосия, 16.10.4)… «Всякий, кто совершает жертвоприношения или поклоняется изображениям, да будет казнен («Кодекс Феодосия, 16.10.6)
    https://vk.com/wall-43113086_32926

    Reply
  2. Anonymous

    “Математическое сообщество просто парализовано, – замечает Фесенко,– так как мало кто находит мужество потратить большое количество времени, не менее 250 часов, на изучение его работы. Такого не было ни с работой Вайлза, ни с работой Перельмана”.
    Очевидно, проблема с теорией Мочидзуки лежит не столько в научной, сколько в социальной плоскости. “Математика в последнее время стала очень сложной. Человек тратит годы жизни, чтобы стать специалистами в какой–то узкой области. Вложив в это столько усилий, он получает колоссальный стимул в дальнейшем оставаться экспертом только в этой области, зато одним из немногих. Это приводит к узкой специализации и большому сопротивлению к изучению новых областей, в частности из–за естественного страха показать собственную слабость”.
    https://olegchagin.livejournal.com/3511040.html

    Reply
  3. Anonymous

    Исходный пункт рассуждений – определение понятия техника. Существует большое число этих определений, который отражают характерное противоречие в её понимании: воспринимать её чисто инструментально (и утилитарно), или как самостоятельную сущность. В данной работе будет использовано авторское определение техники, возможно, наиболее полно раскрывающее её особенности: “Техника – способ существования искусственных отрефлексированных систем”[1, С.29].
    Да, аналитический подход – один из этапов рефлексии системы, когда каждый составляющий её элемент получает список свойств. Чтобы техника развивалась, она должна соответствовать, если так можно выразиться, первому закону логики – то есть каждый её элемент должен быть самотождественнен и лишен “скрытых свойств”.
    Однако рефлексия системы, которая позволяет получать утилитарные результаты при взаимодействии с ней – не требует тотальной рефлексии её элементов. Система (в сознании пользователя) может включать в себя “черные ящики”, свойства которых малопонятны, результаты действия не детерминированы, однако статистическая закономерность позволяет их использовать.
    Крестьянин – это типичный технократ-органицист:
    – жизнь его жестко подчинена природным циклам, ведь от них зависит хозяйственная деятельность. Любая религия или идеология – в итоге направляется на повышение эффективности сельхоз работ. “Пахать значит молиться” – вот осмысление христианства крестьянином, и это проявление технологического детерминизма;
    – процессы роста, увядания и т.п. крестьянин понимает лишь внешне, при том это внешнее знание, выраженное в сотнях примет и суеверий – для него является величайшей ценностью, и носитель этого знания фактически и властвует в семье, а часто и в крестьянской общине – налицо власть специалиста.
    Но образ мысли крестьянина – все-таки относится к историческому прошлому. “Вещи-в-себе”, которыми он окружён, для современного фермера стали “вещами-для-нас”. Фермер уже технократ-механицист: он легко перейдет на выращивание генномодицифированных культур, если это поднимет его доходы.
    Значит ли это, что технократический органицизм – это какой-то прошлый этап развития методологии, идеологии или, шире, мировоззрения?
    Нет. Человечество постоянно создает системы, механизма действия которых не осознает в полной мере. И, естественно, эти системы не могли бы существовать, не обладай они свойствами самоорганизации, самоподдержания – т.е. отдельными чертами, присущими организму.
    Л. Мамфорд анализируя феномен города – произведение “Культура городов” – дает впечатляющую панораму крайне медленного создания городских агломераций или еще более медленного осознания их структур: люди столетиями существуют в городской среде, но механизмы её функционирования понимаются смутно, сквозь призму суеверий, религиозных представлений и стихийное нагромождение обычаев.
    Аналогична городу и рыночная экономика. Разнообразные сторонники идей А. Смита, “рыночные фундаменталисты” – не устают превозносить невидимую руку рынка, налаживающую товарооборот. И, действительно, понимание как экономики одной страны, так и мирового структуры – часто неадекватно, действия регулирующих органов могут скорее разбалансировать структуру, чем помочь её росту. Есть пределы, в которых контроль над экономикой просто излишен, однако уже тысячи лет идет спор о том, где именно пролегают эти пределы.
    Если рассматривать процесс формирования наций, больших коллективов или даже малых групп – при осмыслении каждого уровня социальных структур, то все еще остается немало вопросов и загадок при этих процессах. Неизменно находятся мыслители, требующие подчиняться стихийно идущим процессам. Например – биосоциальные примордиалисты, которые рассматривают нацию, как естественно развивающееся продолжение этноса.
    Как промежуточный вывод можно указать: взаимодействие с не осознанными, не отрефлексированными до качеств отдельных элементов системами – имманентное свойство развития нашей цивилизации. Относительное знание позволяет утилитарно использовать развивающиеся и при этом не понимаемые целиком техносистемы, но и приводит к острейшим кризисам.
    http://samlib.ru/b/beskarawajnyj_stanislaw_sergeewich/70.shtml

    Reply
  4. Anonymous

    В проблеме взаимодействия человека и техники, которая последние две сотни лет так или иначе возникает перед философами – есть один из важнейших пластов: может ли техника существовать самостоятельно, без человека? Актуальность этой проблемы тем более велика, что при положительном ответе на этот вопрос немедленно возникает проблема смысла существования громадной прослойки населения.
    Если подходить к проблеме в узком смысле – то она сводится к принципиальной возможности создания искусственного интеллекта. Эта линия исследований, начатая еще Н. Винером и Дж. фон Нейманом – сейчас существует как отдельная дисциплина. Она решает свои проблемы: тут и распознавание человеческой речи, самостоятельное обучение машин и даже персонажей компьютерных игр . Есть аргументированные сомнения в её перспективах . Но если попробовать подойти к проблеме шире? Возможно, следует искать ответ не только в чисто искусственных механизмах, но вообще в системах, которые были созданы людьми? И если искусственный интеллект, как спроектированный индивидуальный субъект – еще не существует, то в качестве объекта анализа можно взять уже существующие коллективные субъекты?
    По сравнению с компьютерными системами, у коллективных субъектов, как объектов анализа, есть два больших преимущества: они существуют уже тысячи лет, деятельность их довольно подробно изучена и, что не менее важно – коллективные субъекты периодически показывают, что могут адекватно воспринимать и обрабатывать информацию. Но есть и недостаток, определенное противоречие: как можно рассматривать самостоятельное существование техники на примере коллективов людей? Ведь это в муравейнике роль каждого муравья задается химическими сигналами, временам выкармливания личинки и т.п. Человек, как субъект, оказывает влияние на общество, порой куда больше чем муравей на муравейник. Однако, есть и феномен отчуждения свободы воли человека. Вероятно, для отделения человека от техники и отчуждения его индивидуальности от сложных структур общества, можно использовать общий термин – деантропизация. Сходство же между структурами общества и техникой – рассматривалось неоднократно, и самый, пожалуй, известный пример – работа Л. Мамфорда “Миф машины”
    http://samlib.ru/b/beskarawajnyj_stanislaw_sergeewich/91-2.shtml

    Reply
  5. Anonymous

    Подумалось – может после почти 300 комментов к книге и прилагающегося к нему тексту Инсектоиды сполна раскрывшими эту тему стоит написать как Шпенглер в противовес книгу Культура.Люди.Универсалы?)

    Reply
  6. sergeimorozov Post author

    “Высшая степень варварства современной цивилизации – оценивать все по его полезности” Нуччо Ордине, итальянский философ и историк.

    Reply
  7. Anonymous

    Что произойдет с господином без раба? В итоге он начнет терроризировать сам себя. А с рабом без господина? В итоге он начнет эксплуатировать сам себя. Теперь обоих объединяет современная форма добровольного рабства: оба порабощены информационными и вычислительными системами — общей эффективностью [управления], общей производительностью. Мы стали, по крайней мере виртуально, властелинами этого мира, но объект этой власти, конечная цель [финальность] этого господства — исчезли.
    Жан Бодрийяр
    https://vk.com/wall-180559963_3550

    Reply
  8. sergeimorozov Post author

    К теме дивидуум
    «Большинство воплощает собою человека в виде фрагментов и частностей: человек получится, лишь если их всех сложить вместе. Целые эпохи, целые народы в этом смысле каким-то образом фрагментарны; и что человек развивается вот так, фрагментами, выражает, может быть, бережливость, свойственную развитию человечества.
    Поэтому отнюдь нельзя не замечать того, что дело все-таки исключительно в осуществлении синтетического человека, что люди низкого сорта, подавляющее большинство – всего- навсего прелюдии и подготовительные упражнения, из сыгранного единства которых там и сям возникает целостный человек, человек-веха, показывающий собою, сколь далеко к его времени продвинулось вперед человечество».
    Фридрих Ницше

    Reply
  9. Anonymous

    Быть умным и принимать мудрые решения — далеко не одно и то же. Специалисты убеждены, высокий уровень интеллекта влияет на оценки в школе, успех на работе и даже на отношения с законом. Но он не гарантирует благополучие, удовлетворенность жизнью и долголетие. О разнице между критическим мышлением и интеллектом, глупостях умных людей и качествах, которые помогают нам избегать негативных событий, в материале Хизер Батлер, доцента кафедры психологии Университета штата Калифорния (CSUDH).
    Все мы, вероятно, знакомы с кем-то умным, кто на удивление часто совершает неразумные поступки. Моя семья радуется, указывая на моменты, когда я (профессор) делаю действительно глупые ошибки. Что значит быть сообразительным или умным? Наше ежедневное использование термина предназначено для описания того, кто хорошо осведомлен и принимает мудрые решения, но это определение противоречит с тем, как традиционно оцениваются умственные способности. Широко известной мерой ума является уровень интеллекта, который измеряется с помощью IQ-теста, включающего зрительно-пространственные головоломки, математические задачи, задачи на визуальный поиск и распознавание образов, а также вопросы по лексике.Преимущества интеллекта неоспоримы. Интеллектуальные люди с большей вероятностью получают лучшие оценки и достигают успеха в школе. Они, скорее всего, будут успешными на работе. И у них меньше шансов попасть в беду (к примеру, пойти на преступления) в подростковом возрасте. Однако, учитывая все преимущества интеллекта, вы можете быть удивлены, узнав, что он не определяет другие жизненные достижения, такие как благополучие. Вы можете представить, что успехи в школе или на работе могут привести к большему удовлетворению жизни, но в нескольких крупных исследованиях не было доказательств, что IQ влияет на удовлетворенность жизнью или долголетие. Гроссман и его коллеги утверждают (1), что большинство тестов на интеллект не позволяют зафиксировать принятие решений в реальном мире и нашу способность хорошо взаимодействовать с другими. Иными словами, возможно, именно поэтому «умные» люди делают «глупые» вещи.С другой стороны, способность критически мыслить связана со здоровьем, благополучием и долголетием. Хотя его часто путают с интеллектом, критическое мышление — это не интеллект. Критическое мышление — это совокупность познавательных навыков, которые позволяют нам мыслить рационально и целенаправленно, а также склонность использовать эти навыки, когда это необходимо. Критические мыслители — дружелюбные скептики. Они — гибкие мыслители, которые нуждаются в доказательствах, которые бы поддерживали их убеждения и помогали распознать ошибочные попытки убедить их. Критическое мышление означает преодоление всевозможных когнитивных предубеждений (например, предвзятость подтверждения, утверждение необъективного и т.д.).
    https://monocler.ru/pochemu-umnyie-lyudi-sovershayut-glupie-postupki/

    Reply
    1. Anonymous

      Можно сказать, что современное человечество интеллектуально, если не статистически, то как минимум в своей культуре и ценностях, в центре, но при этом даже поверхностный анализ состояния цивилизации позволяет утверждать, что «интеллектуальность» не синоним «разумности», что способность эффективно и даже изощрённо мыслить не только не обеспечивает гармоничное существование людей, а скорее наоборот — ставит человека на грань самоуничтожения, которое сегодня возможно и технически и психологически. Как же так? Разве ж «разумность» это качество всего лишь отличающее человека от животного по части выбора стратегии борьбы в её самом пошлом дарвинистском термодинамическом аморальном смысле?
      https://trita.livejournal.com/930247.html

      Reply
      1. Anonymous

        Когда говорят об ошибках мышления, обычно речь переходит на логику и логические ошибки. Мне кажется, это совсем не интересный разговор… Обосновывать это очень долго и кропотливо, скажу иначе – вот тут, в блогах, множество людей ошибается самым многоразличным образом, однако логических ошибок не так много. Можно даже сказать – они редки. И по большей части легко исправимы – если указать, человек это обычно признает… ну, или переопределяет термины – тоже дело.Нет, это – о механике расуждения, о рассудке. У разума ошибки иного плана. И мне хотелось сказать о полюсах такой ошибочности. Причем не о каких-то далеких “больных людях”, которых легко осуждать, типа “они дураки”, а о болезнях разума, которые в шаге от каждого говорящего… А если честно, то одной или другой болен почти каждый. Они крайне распространены, пронизывают рассуждения.Речь не о глупости говорящих, эти болезни возникают сейчас “естественно”, из благих побуждений.
        https://ivanov-petrov.livejournal.com/2358284.html

  10. Anonymous

    В 19 веке начался кризис христианства, который, как оказалось позже, был предвестником наступление иррелигиозного века, предвестником постепенного и неуклонного упадка религии. Однако христианству противостоял вовсе не атеизм. Первые попытки преодоления христианства были сугубо антропоцентричными. Вы спросите – так что же плохого в том, что в центр был поставлен человек вместо иллюзии бога? Чем плох гуманизм и “атеистический” антропоцентризм? При всех недостатках христианства, оно не давало права человеку переделывать мир! Земля и всё, что на ней – “божье творение”. Религия дал человеку легитимизацию его безудержного грабежа. Человек на земле – хозяин, точнее – божий управляющий. Но у управляющего есть пределы власти, он больше распоряжается, чем организовывает, изменяет и так далее. Ему дан порядок, который следует поддерживать. Первой ласточкой нового мышления стали утопии. В утопиях не высшая сила и тем более не природа создают “порядок”, но сам человек. Тут я поправлю сам себя. На словах – человек, а на самом деле социальная организация, которой подчинено всё. Утопическое общество тоталитарно по отношению к своим членам. Я не могу считать это результатом сознательных намерений, больше похоже на то, что иначе конструировать “общество” было невозможно. Искусственность социальной конструкции являлась предпосылкой жесткости и даже жестокости новой Системы. Государства уже давно существовали, но никогда ранее социальная структура не считалась ценностью сама по себе, не считалась силой, которой нужно поклоняться. Государство испокон веков считалось инструментом, всего лишь формой организации множества людей. Возможно, утописты первыми выразили истину, что государство – нечто большее.
    Исходя из сказанного, нам следует пересмотреть философский антропоцентризм 19 века. когда говорилось “человек”, под этим всегда подразумевалось человечество, причем цивилизованное человечество, образующее государства. Возникал новая религия – культ Системы. Человек (индивид) занимает в такой идеологии не центральную – вопреки декларациям – а подчиненную роль. Нашлись и те, кто открыто проповедовал новую религию. В первой половине 19 века это был не кто иной, как мыслитель, считающийся родоначальником позитивизма, Огюст Конт. В истории философии чаще всего замалчивается его главное деяние: создание религии общества. Религией называл это сам Конт. В этом Конта не поддержали даже его ближайшие друзья и последователи, и идея новой религии был похоронена. В задумке Конта видят противоречие с его стремлением к доминированию в социуме науки. Я думаю, что противоречия здесь нет. Наука – инструмент этого обожествляемого “общества”, средство достигать желаемых преобразований мира. Наука на службе религии, то есть “общества”, есть общая прогрессистская идея. То, что Конт высказал открыто, в 19-20 веках подразумевалось, но почти не проговаривалось. Мощь государства росла, а потому никто не хотел подвергать сомнению сами основы повседневности. Было проще обходить вниманием подчинение человека Системе. Маскировка новой религии прошла успешно, потому неудивительно, что никто её и не критиковал. Точнее критика была редкая и тихая.
    Первым, кто выступил против религии “общества”, был современник Конта, Макс Штирнер (в книге “Единственный и его собственнность”). Штирнер показал, что буржуазное государство “освобождает” индивид от произвола других индивидов, при этом подчиняя его себе. Степень зависимости человека возрастает. Самое же странное и ненормальное, что порабощение приветствуется и называется освобождением. Штирнер восклицает: “Покорный слуга является свободным человеком! Какая поразительная нелепость!” Штирнер вскрыл суть новой гражданственности: гражданин должен служить, в этом его назначение. Это подмечено очень тонко. Раньше только малая часть подданных была слугами государства, теперь же каждый стал его агентом. Система (государство) окончательно поглотила общество и общество перестало существовать. В наше время “общество” – это исключительно государство. Здесь стоит упомянуть о так называемом “богостроительстве”, российском идейном течении начала 20 века. Его значение нельзя недооценивать, несмотря на кратковременность (около 5 лет) и узость (идеи богостроительства развивали всего несколько человек). Особый интерес представляет то, что эти люди были близки к будущей власти, можно сказать даже входили в революционное ядро. Резкая отповедь Ленина не должна нас вводить в заблуждение, другие революционеры думали примерно так же, но не смели так откровенно выражать своё настроение. В центре религии богостроительства стоит народ. Народ как совокупность людей, а не этническая общность. Коллективистская идея в религиозной упаковке. Конечно, говорили “народ”, но сквозь эти слова явно просвечивает всё то же государство. Ведь не о бесформенной же массе шла речь.
    https://tandau.livejournal.com/110466.html

    Reply
  11. Anonymous

    Двести лет назад Шиллер писал о той “ране”, которую цивилизация нанесла современному человеку – разделении труда. В провозглашении эпохи “психологического человека” Филип Рифф увидел культуру, “в которой техника одерживает победу над своим последним врагом – внутренней жизнью человека, самой душой”. В специалистском контексте нашей бюрократическо-индустриальной эпохи экспертам доверяется толкование и оценка внутренней жизни человека, а это само по себе наиболее злостное и агрессивное достижение разделения труда. Пока мы все больше и больше отчуждаемся от собственного опыта, подвергаемого обработке, нормированию, категоризации и подчинению иерархическому контролю, технология все более отчетливо обнаруживает себя как сила, ответственная за наше страдание, как важнейшая форма идеологического господства. В действительности технология вымещает собой идеологию. Калечащая нас сила раскрывается во всей своей полноте, а иллюзии рассеиваются под влиянием процесса увеличения страданий.Лэш и другие могут возмущаться и не придавать значения требовательной природе современного, “психологического” образа мышления, но то, что они опровергают, очень многим стало уже абсолютно очевидным, даже если последствия пока еще продолжают оставаться неясными. Таким образом, Психологическое Сообщество может оказаться неспособным и далее игнорировать или даже откладывать конфликт при помощи своего любимого вопроса “Может ли человек измениться?” Настоящий вопрос заключается в том, можно ли заставить измениться мир-который-усиливает-нашу-неспособность-к-изменению, причем измениться до неузнаваемости.
    http://svonz.lenin.ru/articles/Zerzan-Psychology.html

    Reply
    1. Anonymous

      Измученные информационной тошнотой и лихорадкой времени мы все же должны взорвать исторический континуум, как предложил Бенджамин в своей последней и самой лучшей работе. Пустое, однородное и унифицированное время должно уступить свое место самобытности бессменного настоящего. Исторический прогресс соткан из времени, которое постепенно превратилось в чудовище материализации, управляющее нашим существованием и определяющее его. “Время” не-одомашненности, не-времени наполнит каждую секунду нашей жизни пониманием, чувством, мудростью и возвращенным очарованием. Восстановить истинную протяженность вещей можно лишь тогда, когда будет изгнано время и все остальные посредники символизации. Деррида, лютый противник подобного хода событий, обосновывает свою позицию разломом природы и якобы извечностью символической культуры: историческое не может закончиться, потому что не может прекратиться развитие символизации. Это аутодафе – обет против наличия, подлинности и всего непосредственного, реализованного, исключительного, уникального и свободного. Западня символического – это всего лишь данная ситуация, а не извечный приговор. Это языковая система, которая умеет разговаривать, как выразился Хайдеггер. Но было ли так всегда? Наш мир переполнен образами и имитациями, и это следствие выбора, который может показаться необратимым. За несколько тысяч лет человек уничтожил сообщество и построил руины. Руины под названием “культура”. Те узы близости, которые связывали людей с землей и друг с другом (вне пределов одомашнивания, городов, войны и т.д.) были нарушены, но разве нельзя их восстановить?
      Вероятность смертоносной атаки на все живое и необычное под знаменем унитарной цивилизации стала очевидной уже всем. В действительности глобализация только ускорила те процессы, которые начались еще до модерна. Против методичного, систематизированного единообразия и колонизации жизни, приведенных в движение решением начать контролировать и укрощать природу, выступают люди, которые видят их сущность и которые будут сражаться до тех пор, пока они не будут уничтожены. Выбор, стоявший в самом начале истории, остался прежним – наличие или репрезентация.
      http://svonz.lenin.ru/articles/Zerzan-Antiworld.html

      Reply
  12. sergeimorozov Post author

    Интеллиотия или старческое?
    Профессор РГГУ лишился квартиры после общения с телефонными мошенниками
    Ученый Игорь Яковенко подписал документы о продаже жилья после звонков телефонных мошенников, представившихся работниками Центробанка. Они убедили профессора в необходимости сделать это под предлогом «помощи в расследовании»
    https://www.rbc.ru/society/20/10/2021/616f0e289a79478575f901ad?from=newsfeed&fbclid=IwAR2VvIbWgydMbaexsCzcLHyhTMHcAYhRQ-6d5L3nwpXiFQ_Bnx4Sr6N3fRc

    Reply
  13. Anonymous

    В 1950 году Эрвин Шредингер (1887-1961) прочел серию лекций, вышедших в следующем году в виде брошюры «Наука и гуманизм», где он затронул проблему экспертного знания, усмотрев в фигуре эксперта «массового человека» Ортеги-и-Гассета, обозначенного в «Восстании масс», книге 1930 года. Ниже следует комментарий Шредингера к этому наблюдению Ортеги, с обширной внутренней цитатой из «Восстания масс»:
    “…я бы хотел поговорить о главе La barbarie del especialismo, варварство специализации. На первый взгляд это кажется парадоксом и может шокировать. Он осмеливается [! АБ] представить специализирующегося ученого как типичного представителя грубой невежественной толпы — hombre masa (массового человека), — который угрожает выживанию истинной цивилизации. Я могу привести лишь несколько фрагментов из его восхитительного описания этого ‘типа ученого, не имеющего прецедентов в истории’.
    «Это человек, который из всего, что по-настоящему образованная личность должна знать, знаком только с одной конкретной наукой, более того, лишь с той ее малой частью, исследованиями в области которой он сам занимается. Он достиг точки, в которой он объявляет достоинством [! АБ] не обращать внимания на все, что находится за пределами узкой области, которую он сам культивирует, и обвиняет в дилетантстве любопытство, стремящееся к синтезу всего знания. Происходит так, что он, будучи зажатым в узких рамках своего поля зрения, действительно открывает новые факты и продвигает свою науку (которую он вряд ли знает), продвигая вместе с ней и интегрированную человеческую мысль, которую он решительно игнорирует. Как такое оказалось возможным, и каким образом это остается возможным? Ибо мы должны сильно подчеркнуть неординарность следующего неопровержимого факта: экспериментальная наука была в большой степени продвинута работой невероятно заурядных и даже более чем заурядных людей.»”
    (Наука и гуманизм, 1951)
    На мой взгляд, «варварство специалистов», отмеченное Ортегой почти век назад и подчеркнутое Шредингером двадцать лет спустя, не только не ослабло, но, оставаясь по сути тем же самым, захватило еще большие круги человечества. Дезинтеграция картины мира, сведение ее к бессмысленному калейдоскопу частных экспертных представлений и моделей, оборачивается распадом человека и социума, доминированием «последнего человека» Ницше.
    https://scholast.livejournal.com/119352.html

    Reply
  14. Anonymous

    Поскольку человек, запустив процесс автоматизации, расплачивается за него потерей своей личности, мы можем наблюдать, что дегуманизация приобретает новые черты. Даже проявления жестокости принимают характер холодного планирования. Холодность аппаратуры отражается и в организации. Но говорить тут о жестокости значит допустить неточность. Жестокость невозможна без работы воображения, без какой бы то ни было изощрённости. Во всякой изощрённости, если она заходит слишком далеко, есть доля жестокости. Автоматизм же приводит не к жестокости, а к безразличию и эмоциональной тупости по отношению к страданию, которое повсеместно обнаруживается, когда коллектив организует массу. Безразличие к страданию — разумеется, к чужому страданию — является тут результатом не стоического волевого усилия, а привычного механического отупения. Каковы бы ни были неизбежные последствия, они принимаются как должное, к страданию относятся как к производственной аварии.

    Юнгер Фридрих Георг.Совершенство техники.
    Воздействие автоматизма на человека. — Человек в техническом коллективе.
    https://gtmarket.ru/library/basis/3152/3154

    Reply
  15. sergeimorozov Post author

    Бедные вынуждены думать о деньгах, и думать о них постоянно. Это лишает их духовного преимущества неcтяжательства и заставляет пасть столь же низко, как богатых.
    Эмиль Чоран, “О злополучии появления на свет”

    Reply
  16. sergeimorozov Post author

    «Такой подход выхолащивает саму суть слова „цивилизация”. Так называемая цивилизация заставляет европейские нации деградировать, она их разоряет, — говорил Ганди. — Она служит лишь тому, чтобы делать мир все более материально удобным, да и с этой задачей она не справляется».

    Reply
  17. Anonymous

    К главе про авторитетных обезьянок
    Автор Тайлер Фарли пишет
    “Объяснение того, почему образованных, профессиональных людей легко обмануть пропагандой в СМИ.Если есть что-то, что вы, вероятно, заметили за последние два года, так это шокирующую легкость, с которой определенная группа людей просто пошла в ногу с нарративом СМИ.Несмотря на то, что обмен сообщениями часто не имел никакого смысла, настолько, что даже простые мемы выявляли логические недостатки, некоторые люди просто соответствовали сообщениям. Мало того, эти люди проповедовали фальшивые сообщения, как если бы это была их новая религия.
    Что еще более странно, эти люди часто не «глупые», хотя мы иногда и издеваемся над ними как таковые. Многие из них имеют образование, на самом деле большинство из них имеют высшее образование, а многие являются профессионалами.
    Итак, как же во время этой пандемии хорошо образованный профессиональный управленческий класс (или ЧВК) удалось так легко обмануть?
    Что ж, ответ на самом деле очень прост, и все сводится к их отношениям с властью и тому, как они сформировали их взгляд на мир.
    В большинстве современных западных стран и особенно в Америке, если вы приехали из стандартного, хорошо приспособленного дома, вы можете добиться приличного уровня успеха, просто следуя инструкциям различных авторитетов, которых вы встретите на своем пути.Например, предположим, что вы слушаете всех своих учителей в начальной школе, всех своих школьных консультантов, а затем делаете то же самое в средней школе через колледж. Когда вы получаете свою первую работу после окончания колледжа, вы продолжаете слушать и подчиняться тем, кто находится у власти над вами. Поступая так последовательно с течением времени, вы добьетесь довольно приличного личного успеха, по крайней мере, по большинству показателей.Подчиняясь авторитетным фигурам, вы на самом деле живете довольно простой жизнью, которая, кажется, всегда находится на правильном пути. И в этом нет ничего плохого. Я не отвергаю идею прислушиваться к авторитетным фигурам на протяжении всей жизни.Однако эта стратегия начинает иметь неприятные последствия, когда эти авторитетные фигуры перестают интересоваться вашими интересами. Когда дела идут плохо и ответственные люди больше заинтересованы в том, чтобы вы хорошо справлялись, внезапно выполнение их приказов становится совершенно неправильным.Вот где мы находимся сегодня. Хотя на протяжении десятилетий следование авторитетным фигурам и их инструкциям было довольно хорошим рецептом личного успеха, он начинает разрушаться, когда эти люди перестают действовать добросовестно.Следование приказам хорошо, когда причина правильная, но когда причина ложна, следование приказам только подпитывает эти ошибки.Однако в этот факт трудно поверить тому, кто всю жизнь подчинялся авторитетным фигурам. Они не могут просто отказаться от мыслительного процесса и системы, которые давали им все, чем они гордились. Их образование, их степень, их дом, их машина. Все это произошло из-за повиновения ответственным людям.Так что теперь, когда вы просите их игнорировать авторитетных фигур, таких как доктор Фаучи, или других врачей и «ученых» по телевидению, они не могут это сделать. Они считают, что вы – проблема непослушания властям, и если вы просто подчинитесь, ваша жизнь станет лучше, и проблема исчезнет.
    Теперь я хочу внести ясность: я не очерняю людей, которые слушали своих учителей и слушали своих профессоров, это абсолютно действенная и успешная стратегия для достижения того, чего вы хотите.Однако, когда дела идут плохо, эта стратегия больше не работает и не дает положительных результатов. Когда дела идут плохо, люди, которые сомневаются в авторитете и скептически относятся к делу, обычно первыми видят свет.”
    https://aizen-tt.livejournal.com/4643015.html

    Reply
  18. Anonymous

    Люди гениальные и высокоодаренные, и те люди, у которых развитие интеллектуальной стороны, теоретической, духа, далеко превысило развитие моральной, практической, характера, часто бывают в жизни не только неприспособленными и смешными, как это заметил Платон в 7-й книге Республики и обрисовал Гёте в Тассо, но часто бывают слабыми в моральном отношении, жалкими, даже почти дрянными (действительные примеры этого дал Руссо). Между тем источник всякой добродетели, лучшее сознание, бывает у них часто даже сильнее, чем у многих людей, лучших, чем они, по поведению, но менее прекрасно мыслящих: мало того, первые, в сущности, даже лучше знакомы с добродетелью, чем последние, лучше осуществляющие ее на практике. Люди высокоодаренные могли бы за величайшее рвение к добру и к прекрасному прямо вознестись на небо; но тяжелая земная стихия противодействует им, и они падают назад. Они подобны прирожденным художникам, которым недостает техники или для которых мрамор слишком тверд. Многие другие, менее их воодушевленные добром, несравненно менее их постигшие его глубину, осуществляют его в жизни гораздо лучше; он, такой высший человек, с презрением смотрит на них сверху вниз и имеет на то право, и тем не менее он не понимает их; и они смотрят на него с презрением, и не без права.
    Артур Шопенгауэр “Новые Paralipomena”
    https://vk.com/wall-176305786_7634

    Reply
    1. Anonymous

      Команда из Гарвардского университета под руководством Шелли Карсон проводила исследование в группе 86 студентов при использовании экспериментального метода оценки процессов латентного торможения. Выяснилось, что у в высокой степени креативных людей определялся достоверно более высокий балл по показателю латентного торможения в сравнении с людьми с низким творческим потенциалом. Эти данные могут указывать на нейробиологическое сходство людей с незаурядными творческими способностями и с предрасположением к возникновению психотических расстройств. Авторы работы полагают, что высокий IQ может выступать в качестве фактора, облегчающего трансформацию этой особенности (низкого индикатора латентного торможения) в творческие достижения.
      https://knife.media/club/bipolar-creativity/

      Reply
  19. sergeimorozov Post author

    Тема Измерения
    Любовь, как ничто другое, — природный талант. Или умеешь это от рождения, или не сумеешь никогда.
    Любовь во время чумы (Габриэль Гарсиа Маркес)

    Reply
  20. sergeimorozov Post author

    Тема Измерения
    Не каждому дано быть добрым, это такой же талант, как музыкальный слух или ясновидение, только более редкий.
    Братья Стругацкие

    Reply
  21. sergeimorozov Post author

    “Дурацкая ситуация – современная цивилизация обладает огромным количеством специалистов, профессионалов, абсолютно не способных к мышлению. Поэтому, все на что такие профессионалы способны – создавать и распространять информацию, полностью лишенную смысла” Станислав Лем

    Reply
    1. Anonymous

      Наука похожа на что-то вроде метлы, которая, подметая мир, расщепляется на все более тонкие веточки. В конечном счете идеалом — но только мрачным, отрицательным — предстает некий специалист, который знает все о каком-нибудь пустяке и, в сущности, ничего о целом.
      https://novayapolsha.pl/article/stanislav-lem-lyudi-lyubyat-chtob-ikh-durachili/

      Reply
  22. Anonymous

    Еще про авторитетных обезьянок
    Если народ – индивиды или группы, объединенные общим языком, религией, ремеслами, праздниками, культурными ценностями, то масса – нервный, легко возбудимый людской поток, готовый повиноваться любым притяжениям, слушать любого горлана, при первом энергичном призыве разрушать всё подряд, но боязливо рассеиваться при громком окрике случайного функционера в форме. Человек массы, как правило, не видит сколько-нибудь интересных снов, его грезами руководят специалисты по видениям. Любой аляповатый бред, выданный за очевидную реальность, подтвержденный слухами или парой пьяных свидетелей, находят общее сочувствие. Это напоминает оживленный разговор двух купчих в пьесе Островского, как «наш царь собирается на войну с белым арапом». Если же солидный господин в дорогом костюме, поблескивая перстнем на пухлой руке, рассуждает о трехметровых обитателях НЛО или о чудовище озера Лохнесс, а, в ответ на удивление слушателей, начинает высокомерно тянуть: «Как вам сказать? Наука признает только факты, хотя и не отрицает остроумных гипотез…К тому же, друг мой Горацио…» или вставит: «Платон мне друг, но истина, истина…», – такой субъект вызовет почтительное внимание.Как механизм не может работать без заимствованной энергии и неустанной заботы, так и современный человек не может обойтись без чужих мнений (информации) и постоянного патронажа. Если ранее честолюбцы относились к соотечественникам как к людям взрослым, имеющим собственные взгляды на жизнь, то сейчас задача властолюбивых резко изменилась. Достаточно обладать внушительным голосом, авторитетной интонацией, набором занятных игрушек, уверенных соблазнительных обещаний…и дело в шляпе.
    https://swamp-lynx.livejournal.com/704675.html

    Reply
  23. sergeimorozov Post author

    Человеческое общество — совокупность стандартизированных индивидуумов. Чтобы у человека были друзья и нормальный социальный статус, он должен быть похож на всех остальных. Думать стандартно, совершать стереотипные поступки и жить так, чтобы цели и мотивации были понятны окружающим. Именно тогда человек будет формально счастлив в нашем иллюзорно-прекрасном мире, причём не столько по личным ощущениям, сколько с точки зрения других людей. Понятие успешности в социуме тождественно максимальной приспособленности к официальным и негласным законам человечества. Пока играешь по правилам — ты молодец и достоин определённого уважения, но стоит тебе отклониться в сторону — и ты уже изгой, безумец и … преступник. И неважно, что ты не сделал ничего убийственно-плохого, просто если ты больше не вписываешься в стандарты бытия, то значит ты — чужак, подлежащий уничтожению, моральному или физическому.
    Автор неизвестен

    Reply
  24. Anonymous

    к теме универсального интеллекта
    Дело с том, что это те случаи, когда «количество» и «качество» входят в противоречие. И сознанию приходится выбирать — на чьей оно стороне? количества или качества? чью правду выбирать? ту которую подсказывает «качественный анализ» или «количественный»? счёт или чувствования?.. Как говорил один из героев О.Генри: «А теперь поднимемся из низменных областей поэзии в высшую сферу расчёта и факта!..»
    Так как опереться при этом выборе сознанию не на что (кроме диалектическое логики, а обычное сознание ею не владеет), то оно опирается на… «иллюзию опоры» — в виде количественного анализа (абсолютно здесь не применимого, но другого у него нет), маскируя свою беспомощность и жалкость некой «твердостью марширования по логическим (формально-логическим) счетным лестницам». Абсолютно неприменимым, повторю, при выборе стороны при войне «счета» и «чувствования» (при противостоянии «количества» и «качества»).
    Лепта вдовы количественно меньше, чем пожертвование богача. Но качественно лепта вдовы гораздо больше. В ситуациях такого «парадоксального противоречия» действует особая логика при выборе «правильного», адекватного решения.
    Чем сложнее цивилизация, тем чаще входят в противоречие выводы, делаемые на основе «количественного анализа» (формальная логика) и «качественного анализа» (диалектическая логика). Или, другими словами, возможность применения «простых решений» в экономике, обществе, экологии, в любых отраслях человеческой деятельности становится все меньше, сокращаясь практически до нуля. Проблема в том, что «простыми решениями» являются все (!) решения, основанные на количественном анализе, на формальной логике. Именно эти «простые решения» всегда определяют «лепту вдовы» как полную чепуху. А это полная чепуха и неадекватность. Эта подмена «важного» на «неважное» — это и есть неадекватность, это и есть неверное (неправильное) решение, которое на высоких скоростях, на высоких уровнях сложности постоянно грозит разрушением и катастрофой.
    Диалектическая логика (вторая базовая логика мышления) позволяет принимать верные, адекватные, правильные решения в ситуациях высокой сложности, когда количественные и качественные характеристики входят в противоречие (а это происходит постоянно в сложных процессах), когда мир нужно оценивать тонко, а не грубо. Т.е. когда нужна мудрость, а не только интеллект.
    https://new-rabochy.livejournal.com/1432395.html

    Reply
    1. Anonymous

      В «Методе» Э. Морен суммировал то, к чему он пришел в ходе своих размышлений на протяжении своей жизни. Проблемы понимания сложности того мира, в котором мы живем, являются многомерными по своему характеру, ибо сама сложность многоаспектна, но из всех ее аспектов фундаментальными являются два.
      Первый фундаментальный аспект сложности — это холизм, соединение частей или элементов с образованием единого целого, обретающего новые свойства. Сложное, на латинском complexus, буквально означает то, что соткано, сплетено вместе, что создана единая ткань.Второй аспект сложности состоит в том, что всякое сложное познание, сложное явление или структурообразование в природе и обществе раздираемо глубокими, нередуцируемыми противоречиями, которые не столько разрушают сложное, сколько, как это ни парадоксально, строят его. Сложное образование потому и сохраняется, что оно постоянно, ежеминутно разрушается, «испытывает» разрушение, беспорядочно «примеряет» случайно попадающиеся ему лоскутные «одежды», готовит себя к кризисам и атакам хаоса, как говорят сегодня теоретики самоорганизованной критичности, балансирует на краю хаоса. Еще Нильс Бор говорил, чем отличаются глубокие истины от плоских истин. Тем, что противоположное глубокой истине — это тоже истина. Истина заключается в объединении антагонистических, но вместе с тем и дополняющих друг друга понятий. Морен называет это диалогикой, в отличие от диалектики.
      https://redpsychology.wordpress.com/2014/03/26/%D1%8D%D0%B4%D0%B3%D0%B0%D1%80-%D0%BC%D0%BE%D1%80%D0%B5%D0%BD/

      Reply
  25. Anonymous

    Вряд ли можно представить себе более фундаментальную критику: Фабиан Шайдлер утверждает в своей книге «Конец Мегамашины. Краткая история недееспособной цивилизации», что человечество как вступило на неправильный путь развития еще 5000 лет назад, так и продолжает упорно двигаться по нему.
    Книга, опубликованная по-немецки еще в 2015 году, наконец выходит по-английски и, соответственно, станет доступна мировому читателю. Возможно, на нее обратят внимание и русские издатели: жанр «история в сослагательном наклонении» не теряет популярности.
    Фабиан Шайдлер (1968) – немецкий историк и философ, публицист и драматург, основатель и главный редактор независимого телеканала Kontext TV, активист движения Attac, выступающего за дополнительное налогообложение финансовых спот-операций.
    По мнению Шайдлера, корень всех наших бед в том, что человеческая цивилизация с самого начала была ориентирована на бесконечное накопление капитала. Идея прогресса – это миф, часть механистического представления о природе и обществе, которое мы унаследовали от мыслителей начала Нового времени, полагавших, что природа есть нечто вроде машины, которую можно произвольно разбирать на части, которой можно манипулировать и использовать ее в в интересах человека.
    Этот механистический подход был перенесен и на общество: государственную бюрократию, школу и армию уподобили машинам, которыми можно управлять в интересах профессиональной бюрократии. В результате возникла Мегамашина – цивилизация, основанная на принуждении и повиновении, а также на неограниченной эксплуатации природы.При написании этого материала была в некоторой степени использована рецензия Дэвида Вайнберга в его блоге на платформе Medium. Мы благодарим Дэвида за любезное разрешение адаптировать и дополнить его текст.
    https://republic.ru/posts/97608

    Reply
  26. Anonymous

    Предметом исследования в предлагаемой статье выступает исследование роли «мегамашины» в становлении современной техногенной цивилизации, а также краткий анализ взаимосвязей между современным обществом и «мегамашиной». В рамки исследования входит также анализ причин, обусловивших экологический кризис на планете, который также можно квалифицировать, как проявление системного кризиса культуры. Сюда же входит анализ взаимосвязей между «мегамашиной», и возникшим в XX веке на основе ее функционирования, «обществом потребления», основным содержанием которого стала т.н. «массовая культура», ставшая основой современной западной цивилизации. Ярким феноменом здесь выступает сложная диалектика противоречивого процесса взаимодействия культуры и социотехнической составляющей современной цивилизации, которую нередко называют «мегамашиной». Особое внимание автора обращено на негативные тенденции и их причины, связанные с существенным противоречием между фундаментальными основаниями, на которых традиционно базируется культура и цивилизация. Методом исследования в статье выступает комплексный социологический, исторический и культурологический анализ проблем современного российского и мирового общества Основные выводы автора сводятся к тому, что современное мировое сообщество подошло к определенному качественному рубежу, смысл которого далеко еще не во всем ясен. Нынешние, как социально-экономические, политические, так и культурные вызовы современной эпохи требуют своего теоретического осмысления и методологической рефлексии с целью глубже и яснее понять сущность современной эпохи, с тем, чтобы выработать стратегии будущего цивилизационного развития. Тем не менее, определенные кризисные явления в развитии общества, уже сегодня позволяют нам говорить о факторах, которые подвели его к этому рубежу. Важнейшим из них являются глубокие противоречия, возникшие в процессе развития техногенной цивилизации, в рамках которой осуществляется западный социокультурный проект.
    Правильная ссылка на статью: Потатуров В.А. — Культура в пространстве современной “мегамашины” // Социодинамика. – 2016. – № 1. – С. 273 – 300. DOI: 10.7256/2409-7144.2016.1.17324 URL: https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=17324

    Reply
  27. Anonymous

    Мышление, которое, разъединяет, изолирует, то есть разделяет по областям знания, позволяет специалистам и экспертам быть очень высокопроизводительными в своей области и эффективно кооперировать в секторах некомплексного зияния, в особенности в тех областях, которые имеют отношение к функционированию техники. Но логика, которой они повинуются, распространяет на общество и человеческие отношения, отношения принуждения и негуманные механизмы искусственных организмов вместе с их детерминистским, механистичным, квантитативным, формалистским мировоззрением, игнорирующим, затемняющим или отторгающим все то, что является субъективным, эмоциальным, свободным, творческим.
    К тому же, партикуляризованный и технико-бюрократический ум слеп по отношению к взаимообмену и взаимодействию, к непрямой причинно-следственной связи и часто
    определяет феномены согласно принципу линейности. Такой ум ощущает живую социальную реальность в рамках механистически-детерминирующей концепции, действительной только для искусственных механизмов.Говоря об этом вопросе в более широком и глубоком смысле, следует констатировать неспособность этого техно-бюрократического мышления ощущать, а также воспринимать в глобальном и фундаментальном масштабах комплексный характер проблем человечества.
    https://vk.com/wall-111877082_292

    Reply
    1. Anonymous

      Винтики господствующего мышления (сформированные системой образования, практикующей разделение и фрагментацию знания по отдельным, закрытым и обособленным в себе дисциплинам) приведут к неспособности признать и осознать весь комплекс проблем (множественные и оппозиционные тому же самому феномену аспекты), к неспособности решать фундаментальные и глобальные проблемы, то есть решать проблемы жизни и смерти каждого из нас.В основе нашей антропологической перспективы лежит наша неспособность понять, что homo sapiens является в одно и то же время и homo demens, что рациональность и опровержение ее – есть два полюса человеческого разума, и даже более того, подчеркнутая рациональность, которая господствует сегодня, подсознательно находится на службе у человеческого безумия.Сегодня имеет место сокращение человеческого поведения у тех, кто мутирует к homo economicus, будучи анимирован только материальным интересом, в то время, как люди, сохранившие свое гуманистическое начало, реагируют, выражая свои чувства, эмоции и страсти, и как сказал Пьер Хасснер, ведут себя как «герои».Потерпевшее крах политическое мышление не видит ни кризиса цивилизации, ни планетарного кризиса, не способно формулировать альтернативные предложения, не способно сформулировать политику цивилизации и политику человечества. И сегодня следует опасаться того, что ущерб, нанесенный им, окончательно и бесповоротно разрушит все остальное.
      Эдгар Морен, “К пропасти?”
      https://vk.com/wall-76705631_244229

      Reply
  28. Anonymous

    “Современные люди, обрубив связи с органическими сообществами, дававшими им защиту и смысл жизни, попали под власть огромного механизма распоряжения и подчинения настолько, что их свобода оказалась чистой формальностью. Они вынуждены терпеть глобальную власть рынка, технонауки и медиа, не имея возможности оказать хоть какое-то влияние на их дискурс. Обещания равенства провалилось дважды: коммунизм предал их через установление самых кровавых тоталитарных режимов в истории; капитализм опошлил эту идею, узаконив самые отвратительные виды социально-экономического неравенства ради всеобщего равенства. Современность даёт тебе права, но не даёт возможности их реализовать”.
    Ален де Бенуа «Манифест Новых правых»
    https://vk.com/wall-169652991_444

    Reply
  29. Anonymous

    Но нужно ли это переживание кому-либо другому? Переживание — брожение, и важны результаты этого брожения; ни страдание, ни веселие поэта нам не нужн, нам нужна форма, будет ли она понятна или нет, безразлично. И что такое “понятно”? Понимаются машины, телефоны….
    Казимир Малевич, “…о молодых поэтах”
    https://vk.com/wall-41890700_7276

    Reply
  30. Anonymous

    Раскрывая тему “крестьянин-говорящая скотина”
    В самой основе аграрно-общинного строя заложена необходимость чрезмерной фертильности, поскольку ресурсов ребенок по сути не потребляет, а вот каждая новая пара рабочих рук на вес золота. Уборка урожая не требует никаких специальных навыков, так что ребенком можно вообще не заниматься — он растет и множится, как сиранина на пастбище: съел похлебку из гречневых сухарей, и на сенокос. Подох — и Ярило с ним, родим нового — скотские условия жизни порождают безразличие к чужой смерти. Да, при таком подходе к делу уровень жизни крайне невысок, однако же надо понимать и силу привычки: крестьянину большего и не надо. Его мировосприятие коренным образом отличается от мировосприятия современного горожанина. Ментальность определяет окружающая среда, а вместе с тем и представления о счастье, радости и о том, что такое хорошо и что такое плохо. Человек, не видевший другой жизни, и к доле своей относится совершенно иначе. Жизнь крестьянки, которую по поводу и без лупит муж, которая рожает по миллиарду детей в год в стогу сена, после чего, обмотав талию пуповиной, прет на сенокос, лишь в нашем восприятии выглядит ужасно. В ее же восприятии — «а че такова? Разве можно жить иначе?». Вы это могли, например, наблюдать по древним бабушкам в деревнях, которые совершенно безразличны к дарам цивилизации, ничего в своей жизни не видели, не пробовали, и их из этого болота в цивилизацию даже арканом не вытянешь. При этом несчастливыми их трудно назвать, просто счастье они черпают из других обыденностей. Если ты счастлив, когда озалупил оппонента в комментах, то она — «первый помидор на Петров день покраснел, ебать благодать!». И даже если ты ей в рот начнешь заталкивать самые изысканные из яств, она их не поймет, отторгнет и продолжит жевать отсыревшее коромысло. Сила привычки, мать ее… И она позволит нам понять, почему крестьяне всегда и во все времена так яростно отстаивали свое право на скотскую жизнь.
    https://hueviebin1.livejournal.com/491663.html

    Reply
  31. Anonymous

    Эти подвесные люльки не от большого ума. а из за нехватки времени. В такой можно ребёнка укачивать и при этом вязать или пряжу тянуть. Вот только укачивание это худший способ для засыпания ребёнка, это на деле расшатывает нервы и дети потом долго “перепривыкают” спать без укачивания. Моя бабушка добавляла – куча детей погибала раньше из за сосок из тряпки с хлебом, женщины не знали что это смертельно опасно и убивали так детей, ребёнок задыхался. В целом познания русских крестьян ( 87 % населения страны ) о том, как правильно мыть руки, детей, как лечить, кормить – на уровне 10 века или чуть лучше.
    Ага! Я тоже подумал что отец семейства и его мать, бабушка этим детям. Нет, это не бабушка! Это женщина такая, почти гарантия что неграмотная или кое как по слогам что то умеет читать. Её не больше 40 – 45 лет, внешность в этом случае крайне обманчива. Последний ребёнок совсем маленький, от силы пара лет, а рожать в более позднем возрасте в те годы мягко говоря было опасно. Вот так жизнь русских женщин урабатывала. Семейных женщин тогда было сразу видать – замордована, усталая, не улыбается, осунувшееся лицо. В общем все блеклые делались от каждодневной пахоты по дому и в поле.
    https://sevastian-mos.livejournal.com/448569.html

    Reply
  32. Anonymous

    В работе мы рассмотрим две фундаментальные врождённые проблемы Цивилизации, постоянно дестабилизирующие процессы расширенного воспроизводства Капитала и денежного обращения, а с ними и сами социумы. Первая проявилась ещё в эпоху натурального товарного обмена. Вторая материализовалась существенно позже – синхронно с инсталляцией денежного обращения и переходом от натурального обмена к товарно-денежному. Для наглядной визуализации второй проблемы мы используем модель Острова, естественно, обитаемого. Сформулировав проблемы, мы познакомимся с созданным Цивилизацией инструментарием их купирования и оценим его эффективность.
    Заметка отчасти является сборкой «Мирового кризиса», поэтому, естественно, возможны некоторые повторения. Но обзор – это, как правило, интересно. Осилившим его все вопросы касательно Капитала – его проблем, мотивов, сценариев, которыми он нагружает социогенез, станут очевидными и прозрачными. Ничего сложного в нём нет: «подумаешь, бином Ньютона!» А ещё вас удивит железная логика социогенеза.
    По мере приближения работы к завершению всё более актуальным представлялся другой вариант её названия: «основания геополитики Капитала». Но, дабы избежать пафоса, просто будем держать его в уме.Прежде чем приступить к основному материалу, пару слов о диалектике Цивилизации и Капитала.
    https://www.aonoprienko.ru/?p=6184

    Reply
  33. Anonymous

    В 15-й части цикла дом, в котором мы живем мы обсудили энергетическую неизбежность появления административной иерархии. Рассмотрели ее характерные черты, которые вытекают из необходимости предотвращать информационный коллапс бюрократической системы и приватизацию исполнителями своих рабочих мест. Обсудили удивительное подобие бюрократических систем Големам. Подобие это присуще как сверхмалым системам уровня семьи, обычно с бюрократией не ассоциируемым, так и сверхбольшим, как, например, государство.Начиная с данной заметки, мы приступим к краткому обзору эволюции бюрократических Големов, протекавшей параллельно процессам социогенеза. Параллельно, поскольку Големы сопровождали и обслуживали в качестве управляющих структур эволюцию социальных систем. В первой половине заметки немало внимания уделим теории Цивилизации. Цивилизация возникла в качестве крайне эффективного инструмента энергетической оптимизации человеческого социума, и в продолжении почти десяти тысяч лет обеспечивала процесс социальной эволюции.
    Для тех, кто пропустил записки из-за барьера по общей теории эволюции, пару строк о содержании энергетической оптимизации: суть её сводится к обязательному тестированию всех новоприобретений и обновлений организма на энергоэффективность. К новоприобретениям относятся, в том числе, новые алгоритмы действий и форматы поведения, как кодируемые генетически, так и создаваемые сознанием. Новоприобретения принимаются, если энергетический выигрыш от их внедрения превышает энергозатраты на их функционирование. Не эффективные модификации отвергаются эволюцией.
    Во второй части заметки мы рассмотрим суть эволюционного прорыва, состоявшегося в момент инсталляции товарного обмена, обсудим и войну длиною в десять тысяч лет. Остановимся на вине денег в природе Человека, на связи процессов этногенеза и социогенеза. Наконец, сделаем робкий шажок к началу анализа египетской Цивилизации.
    Вас ждёт и несколько занимательных отступлений других авторов о самом Человеке и его эволюции.
    https://www.aonoprienko.ru/?p=4975

    Reply
  34. Anonymous

    Предмет науки не жизнь, но – формально-абстрактный механизм. И какую бы жизнь наука ни изучала, предметом для нее всегда остается формальная абстракция, поскольку она оперирует логосами. Можно учитывать этот формализм “научного” “предмета” и спокойно ограничивать его от сферы цельного и живого предмета, взятого во всей его полноте. Но наука наша любит утверждать, что устанaвливaeмыe ею законы суть единственный предмет знания, что природа и не содержит в себе ничего другого. Тогда приходится из сферы абстракций переводить эти абстракции в конкретную действительность, представлять их в виде единственно возможных вещей, гипостазировать их.
    Тогда мир прeвpaщaeтся в полную тюрьму, вечную скованность, тупую механичность и в безжизненный труп. Вокруг этого трупа, обезображенного и изнасилованного, танцует и скачет вихрь науки, славословящий его как своего бога в радении и экстазе. Поклоняются трупу и любят его; ради него строят науку и культуру. Ему приносят в жертву свою жизнь.
    Музыка уничтожает этот мир абстракций и закона основания. Она сладостно трепещет от грохота светопpeстaвлeния, ей люб безграничный анархизм и вселенский разгул своеволия. Что такое перед нею этот гигантский механизм мира “математического естествознания”? Мир, рaстepзaнный и распятый, разбитый на куски; всеобщая и абсолютная раздельность одного предмета от другого, когда А только А и ничего больше; полная покинутость каждого А и вечное его одиночество; отсутствие каких бы то ни было родственных связей, вечная вражда и рaзъeдинeниe; вечная и необходимая внешняя скованность разбитых кусков бытия, внешняя, ибо неcогласованная с внутренним бытием их; железные узы вместо уз родства, механизм вместо жизни, рок вместо свободы, вечная серость и суровость законов – вот твой мир, человек!
    Уничтожая этот мир закона и основания, музыка конструирует другой мир, без законов и без основания. Музыка гонит науку и смеется над ней. Мир – не научен…
    Алексей Фёдорович Лосев
    https://vk.com/wall-99579142_65

    Reply
    1. Anonymous

      В «Человеческом, слишком человеческом» Ницше, как мы видели, поторапливает эксперимент остужения, однако, как герои на сцене временами говорят «в сторону», выдавая свои мысли у рампы, так и Ницше дает понять, что его размышления — это переход. Как далеко можно уйти с духом науки, чтобы не очутиться в пустыне — этот опасливый вопрос прозвучит неоднократно. Конечно, научное любопытство поначалу освежительно, живительно, освободительно. Однако истины, к которым мы привыкли, становятся все безрадостнее. «Если же наука доставляет все меньше радости, отнимая все больше удовольствия своими подозрениями в адрес утешительной метафизики, религии и искусства, то иссякает тот величайший источник наслаждения, которому человечество обязано чуть ли не всей свой человечностью».
      https://discours.io/articles/chapters/nitsshe-biografiya-ego-mysli

      Reply
  35. Anonymous

    Мы протискиваемся, точно ломтики, сквозь турникеты метро и сквозь экзамены в школе, делаем вместе с другими шаг на эскалатор или на конвейер службы, затем живем по часам, по расписаниям, по инструкциям. Методисты штампуют учителей, чтобы те штамповали учеников, а ученые советы штампуют диссертации, выпуская стандартные серии кандидатов и докторов. Миром правят тысячи приказов, фатально воспринимающиеся нами как неумолимые и бездушные законы природы и, в свою очередь, относящиеся к нам, как к механизмам, лишенным свободы воли и своеобразия. Алгоритмизация, технократизация, бюрократизация жизни личности происходит везде: в армейской казарме (“Строем-шагом марш!”), в школе (“По звонку-на урок”), в транспорте (“Осторожно, двери закрываются! Покиньте вагон поезда!”), дома у телевизора (время новостей, время рекламы, время “расслабиться”, время получить промывку мозгов), в магазине, в офисах (“Занимайте вон ту очередь!”, “Вам-в правую дверь!”, “Заполните эту анкету!” ). Спонтанность, самобытность, самопроизвольность, без которых никакая индивидуальность, никакая свобода и творчество невозможны, стремительно убывает, исчезает, пресекается; бездушная инструкция и мертвая регламентация занимают в современном обществе большее место, чем в традиционных культурах — живая традиция и ритуал.

    (Пётр Рябов. Анархические письма)
    https://vk.com/wall-47236166_34408

    Reply
  36. Anonymous

    Специалист по деталькам
    https:// posic. livejournal. com/ 2530241.html
    Мой творческий метод — он, все-таки, какой? Берется один элемент, один компонент из навороченной многогомпонентной технической конструкции, имеющей хождение в какой-нибудь синтетической области. Алгебраической теории чисел, геометрической теории представлений, современной матфизике, и т.д.
    Имеющей хождение — актуально или потенциально. То есть, может быть, он даже не используется пока еще там, но мог бы использоваться. В будущем когда-нибудь начнет использоваться, может быть.
    Этот один отдельный элемент рассматривается под лупой, раздувается. Про него пишется длинная статья или книга и т.д. Полная навороченных технических конструкций, присущих внутреннему контексту этого одного элемента, одного компонента.
    Потом из получившейся длинной статьи или книги берется один параграф, или одна глава и т.д. Рассматривается под лупой. Короткий параграф раздувается в длинную статью, частный случай главы из книги подробно прописывается в виде новой отдельной книги.
    ….А потом ко мне кто-нибудь приходит с вопросами. Типа у нас тут навороченный контекст из многих компонент, вот мы чего-то не понимаем, если модифицировать одну компоненту таким-то образом, что-то изменится или нет?
    Ну, что я могу сказать. Я понимаю, что у вас так принято, какой-то классик так написал, собрал сборную солянку из таких вот компонент, вы теперь вслед про это пишете. То есть, я не знаю точно, но так это выглядит.
    Но я не имею отношения к тому, что у вас принято. Я не могу так просто на заказ вкурить многокомпонентную конструкцию. Могу только посмотреть на отдельные элементы.
    Этот элемент, про который написана моя известная работа, которую вы упоминаете — мне кажется, в вашем вопросе не играет большой роли, его можно убрать, ответ вряд ли изменится, по крайней мере, в первом приближении. Важно, чтобы на вот тот элемент было наложено такое вот условие, без него ответ на ваш вопрос вряд ли может быть положительным. Ключевую роль играет теория такого-то компонента, я по этому компоненту не специалист, работ про него не писал, в моей вышеупомянутой работе этот компонент не присутствует — попробуйте обратиться к Имяреку-1, Имяреку-2, Имяреку-3 или Имяреку-4.
    Но даже если бы у меня были работы отдельно по каждому из компонентов вашего общепринятого в каких-то кругах, популярного многокомпонентого контекста, я не взялся бы на заказ собрать их в единое целое. Почему это должно быть мне интересно?
    Модное и популярное меня только отталкивает. Я вообще не люблю и не умею, когда толпа. В особенности, как это по жизни случается — толпа наглецов, у которых social skills занимают то место, которое у меня занимает интерес к математике.
    В моих работах есть свои сквозные идеи, для меня очень важные. Но они не про то, как собрать из деталек рекомендуемый современной модой предмет обихода, а про то, какие вообще бывают на свете детальки и что из них в принципе вообще может быть собрано.

    Reply
    1. Anonymous

      Я специалист по обобщениям.
      Люблю обобщать. Я всегда задаю вопрос, какая более общая минимальная конструкция должна быть, чтобы из этой конструкции получались эти многочисленные более конкретные конструкции.
      Эта конструкция модель – минимальная универсальная конструкция.
      Понимание этого факта, наверное, важнейшее для цивилизации со времен изобретения речи, письма и счета – суть этапы символизации, т.е. модели в неявной форме. Я назвал это явно и указал на суперважность конструкции.
      Направлять свои усилия в оформление и social skills, научную институализацию пока лень, пока еще не угас огонек творчества. Оформлять статьи скучно, нудно, денег не даёт. )
      Размышляю пока над оптимальным набором минимальных оптимальных конструкций построения моделей из моделей.
      Возможно такого набора нет.
      https://deep-econom.livejournal.com/950698.html

      Reply
  37. Anonymous

    Так вот, то что нас сегодня окружает – богачи на верху и бедняки внизу, коих большая часть населения планеты, это ни фига не биологично, не эволюцинно, не природно, не выверено отбором. Это крайне краткий миг в истории развития жизни и миг явно не приятный, не правильный. Все эти войны из за желания отхапать земли, людей и стать ещё богаче и властнее, это всё началось не 1 000 000 лет назад, а всего 10 000 лет назад. Для биологии это смешной срок, например выделение одного вида от другого у крупных, сложных животных, занимает не меньше 300 000 – 500 000 лет, а то и больше, для примера отлично годятся белые и бурые медведи, они до сих пор полностью не отделены.
    Поэтому аргументация – капитализм это естественно для человека и природы нашего вида и животных, это утверждение лживо насквозь. В природе волки могут поколениями держать контроль над выгодной в плане добычи долиной. Зубры могут постоянно идти в эту долину, выгодную в плане травы и бодаться с рогатыми конкурентами за эту долину. Но вот что бы зубры и волки были обязаны платить большую часть добычи льву, который имеет какие то права на долину, такого не бывает. И вообще в природе нет примера, когда животное, скажем 200 лет назад, накопило 1000 зёрен, скажем это была белка. Потом белка дала в долг другой белке и спусти 10 поколений, у первично-богатого рода белок в должниках и рабах ходят и прыгают по веткам все окрестные белки, да ещё и платят с процентами зёрна этому богатому роду.
    Капитализм, когда есть богатей удерживающий власть на основе денег, запасов зерна и от этого могущий оплатить держиморд для своей охраны, это реальный биологический нонсенс! Такого нет ни у шимпанзе, ни у орангутанов. Животные теоретически могут вступать в союзы и агрессивно долбить конкурентов вне стаи и внутри стаи. Такое получается часто у павианов и шимпанзе. Но такое же есть у волков, там тоже краткие союзы для достижения цели доминирования. Но вот долговых расписок за кило съеденного мяса там не носят, и никто из волков или павианов не будет мясо давать в долг. Приматы максимум что могут, это угостить мясом друг друга, после общей охоты, но это не делает павиана должником в виде обязанности отдать 2 кило мяса.
    И вернусь к ситуации, когда у одного получаются запасы зерна на всё племя и свора держиморд, для охраны и запугивания. Это не естественно для людей. В том и соль нашего вида – мы развивались строго от снижения агрессии к разумности. Меньше клыки, меньше насилия друг над другом. А все современные армии, это ж прям образ клыков и агрессии как таковой. И запасы денег у одного, при том что их хватит на миллионы, это так же не нормально, как запасы 200 кг мяса у одного шимпанзе, который их никому не даёт по праву собственности.
    Современная модель, когда у 1 % людей 30 % мирового запаса еды, денег и ресурсов в целом, это так же неестественно, как хождение на одной ноге вприпрыжку, да ещё и выкрикивая лозунги. Именно из за капитальной переконцентрации ресурсов у малого числа людей, дошли уже до специального снижения качества товаров, что бы больше и больше продавать. Это тупик, экстенсивное земледелие как есть – запашем миллион гектаров, лишь бы не повысить урожайность. И хоть тресни, но капитализм выглядит не нормальным, гнойным, словно рак на теле биологического вида – человека. Для нас, именно по нашей эволюции, нормально когда все равны по доходам, а не когда один в золоте и дворце, а другой назван нечистым и мол его боги не полюбили навсегда, да ещё и его детей. Это ж чистый капиталистический изврат, страх за потерю ресурсов, если нижние озлобятся и много вопросов зададут. Все эти дворяне, касты, опущенные, поднятые и так далее. Это всё извраты эволюции нашего вида, краткий, но опасный миг на фоне миллионов лет развития.
    https://sevastian-mos.livejournal.com/518824.html

    Reply
  38. Anonymous

    Е. Головин. Весёлая наука. Протоколы совещаний.
    Эта книга написана в тенденции свободного обращения с темой. В нашу эпоху тотальной специализации человек сугубо профессионален. Все меньше тем подлежит вольному толкованию. Это грустно, весьма грустно.
    Данный текст рассчитан на дилетантов, бездельников, вообще на людей легкомысленных, которые все же нашли время, чтобы научиться читать.
    https://vk.com/wall-60426665_52298

    Reply
  39. Anonymous

    Во многих существующих исследованиях философии техники Мамфорда авторами акцентируется его негативная оценка техники. В то же время, необходимо учитывать, что за весь период своей работы Л. Мамфорд существенно менял контекст исследования техники: так, в своей ранней работе “Техника и цивилизация” (1934) Мамфорд оптимистично определяет современный, или “неотехнический” этап развития общества. Взаимосвязь между обществом и техникой определяется Мамфордом через понятие Мегамашины. Процесс технизации при этом неразрывно связывается с дегуманизацией, милитаризацией и закреплением тоталитарных способов управления обществом. Мегамашина – это любая социальная структура с четко выстроенной властной иерархией, упорядоченным и отлаженным механизмом работы, общей идеологией, объединяющей и ограничивающей людей. В качестве примеров мегамашины Мамфорд приводит армию и церковь. Он связывает эти две структуры друг с другом, отмечая в качестве их сходства организованность, формализм и иерархичность. Римская католическая церковь стала в эпоху Средневековья оплотом интеллектуальной культуры. Она, бесспорно, отличалась всеми основными признаками мегамашины: жесткая регламентация жизни ее членов, . Тяжелый труд, благие поступки и аскетические практики монахов не были в полной мере их собственными свершениями, актом их личного служения богу, поскольку были подчинены общей идее церкви, воплощали в себе программу организации, которую они представляли. Таким образом, мегамашина всегда представляет собой механизма репрессивного подавления творческого, индивидуального начала в человеке, отрицательно воздействует на интеллект и психику каждого индивида. В этом аспекте концепция Мегамашины Мамфорда весьма созвучна теориям З. Фрейда о психологии масс. “В массе более низкий интеллект снижает до своего уровня более высокий; последний тормозится в своей деятельности, так как повышение аффективности вообще создает неблагоприятные условия для правильной умственной работы,” [4, с. 23] – Фрейд в своих произведениях концентрируется на механизмах индивидуальной психической жизни, проявляющихся у человека, принадлежащего и функционирующего в массе. Его понятие “высокоорганизованная масса” означало социальную структуру, которая как целое могла быть весьма эффективной, однако при вычлении из этой массы индивиды, ее составляющие, теряют большую часть способностей к высокоэффективной работе. В качестве примера высокоорганизованных масс Фрейд также приводит церковь и армию. Масса, как и Мегамашина, подавляет индивидуализм и личные способности, уничтожает всякое инакомыслие и оппозицию. О связи тоталитаризма и массовости писали Х. Арендт, Х. Ортега-и-Гассет. Мегамашина, так же, как и масса, тоталитарна не только в силу способа своей организации, властных механизмов внутри себя, она формирует соответствующую ценностную, а скорее, идеологическую систему, насаждаемую в общественном сознании, она культивирует веру в тоталитаризм. Мамфорд утверждает, что капитализм заимствовал у религиозных организаций способность к ограничению, принуждению, порабощению, которую церковь использовала для утверждения и приумножения своей власти. Экономическое принуждение к труду при капитализме дополняется весьма четко сформулированной идеологией: так, стремление к материальному успеху и культ труда, деловой репутации становятся неотъемлемыми атрибутами “американской мечты”. Связь религии, культуры и экономического развития по-настоящему глубоко раскрывается в работах М. Вебера и Ф. Фукуямы. [1, 5] Тем не менее, процесс формирования идеологии капитализма долгое время вступал в противоречие с католической ценностной системой. Церковная мегамашина препятствовала становлению мегамашины капиталистической: христианский тезис о греховности ростовщичества препятствовала развитию банковской системы, эсхатологизм и аскетизм религиозного мировоззрения противостояли экспансивным устремлениям европейских промышленников и финансистов. Распространение капиталистического образа мысли и жизни сопровождался в том числе и церковным расколом, нарушением целостности церковной мегамашины.
    Правильная ссылка на статью: Хасиева М.А. — Человек и техника в философии Л. Мамфорда // Философия и культура. – 2020. – № 4. – С. 11 – 19. DOI: 10.7256/2454-0757.2020.4.32619 URL: https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=32619

    Reply
    1. Anonymous

      К этому нелицеприятному выводу хотелось бы добавить, что мегамашина западной цивилизации стала важной детерминантой, породившей и такой феномен двадцатого столетия как «массовую культуру». Вообще, если вдуматься, то здесь мы увидим все тот же гносеологический парадокс, как и с «обществом потребления». Разве само общество не находится в тотальном пространстве культуры. И человечество всегда существовало в такой культуре, а культура массово охватывало все пространство социальных отношений – в этом смысле культура всегда является массовой. Чем же феномен «массовой культуры» отличается от традиционного понимания культуры. Прежде всего, стоит напомнить, что появление массовой культуры напрямую связано с индустриальным развитием западного общества и возможностью массового воспроизводства артефактов культуры. В пространстве этой культуры ценность любого культурного проявления, или же артефакта выражается в рыночной цене. В культуре как пространстве духовных смыслов – ценности не продаются и не покупаются, ими нельзя пользоваться как вещами. В пространстве «массовой культуры» – все продается и все покупается. Артефакты массовой культуры культурные услуги для того и производятся, чтобы ими пользовались. Это – особый сектор современного рынка. И в этом его значимость для цивилизации. Можно сказать, что массовая культура это симулякр, с помощью которого цивилизация пытается вытеснить подлинную культуру, заместить ее – и создать свою, полную цивилизационную гармонию. В таком пространстве человек превращается биологическую функцию потребления этой массовой культуры и одновременно массового агента мегамашины. Творческие функции общественного человека, в рамках такого пространства ограничены лишь воспроизводством тех потребностей, которые задаются функционированием мегамашины и воспроизводством массовой продукции для массовой культуры. Сама массовая культура в таком социуме выступает как органическая часть общества потребления. В этом ее смысл и назначение. Западная техногенная цивилизация в лице общества потребления, частью которого является массовая культура, кажется, нашла свой исторический идеал. К этому хотелось бы добавить слова, которые когда-то говорил Будда: «прекрасно созерцать вещи, но страшно стать вещью».
      Правильная ссылка на статью: Потатуров В.А. — Культура в пространстве современной “мегамашины” // Социодинамика. – 2016. – № 1. – С. 273 – 300. DOI: 10.7256/2409-7144.2016.1.17324 URL: https://nbpublish.com/library_read_article.php?id=17324

      Reply
  40. Anonymous

    К теме авторитетных обезьянок
    16 глупых и несбывшихся предсказаний умных людей.
    Эта подборка докажет, что не нужно верить всему, что сейчас говорят о будущем, ведь даже самые светлые умы человечества могут ошибаться.
    https://onedio.ru/news/16-glupyh-i-nesbyvshihsya-predskazanij-umnyh-lyudej-27307

    Reply
  41. Anonymous

    Подавляющее большинство людей неинтересны никому и никогда. Это просто животные, настолько одинаковые внутри и снаружи, что как будто сошли с конвейера. Вся их духовная жизнь сводится к обсуждению автомобилей — так сказать, “«трубланы» о «трамблёрах»”. А больше там нет ничего.
    Это относится не только к трудящимся, но и ко всяким артистам, писателям, блоггерам, учёным и прочим вольным птицам, избавленным от ручного труда. Они в подавляющем большинстве такое же быдло, только со специфическими понтами. Разделение здесь не социальное, а биологическое.
    Но на этом фоне светятся одинокие звёзды специалистов, которые действительно создают или открывают что-то новое и интересное. Казалось бы, это совсем другая порода. Точнее, та же самая, но отличие от основной массы в том, что, помимо быдло-базиса, у них есть и “надстройка”, переводящая их из “гиликов” в “психики”.
    Так вот. Я давно заметил: всё новое и интересное, что открыла или совершила такая “звезда”, итог трудов всей её жизни можно изложить в пределах одной полуторачасовой лекции. Человек себя за это время полностью объясняет, и дальше ему уже будет нечего сказать. Он выложил все сокровища своей душонки, собранные за жизнь, и после этого совершенно перестал быть интересен, как самый обыкновенный NPC, изначально не имевший никаких сокровищ.
    Вот, например, блатной сбербанковский специалист по искусственному интеллекту С. Марков
    Два часа неторопливого рассказа, включая последующие вопросы. Можно посмотреть и другие его лекции, но там будет то же самое, ничего нового.
    Или вот Фененко.Сорок минут на всё про всё, и дальше вопросы.
    Такова цена почти всем “выдающимся людям”. Не более полутора часов.
    https://foxhound-lj.livejournal.com/792978.html

    Reply
  42. Anonymous

    Синтез знания происходит на стыке дисциплин. Математик вполне может привнести что-то свежее в эпидемиологию, если начнёт туда погружаться. Как и физик в биологию или врач в программирование. Да, это рождает и много фричества. Однако это издержки производства.
    Есть и эстетический аспект. Очень скучно жить в мире, где каждый — исключительно узкий специалист в своём маленьком вопросе, а все остальные его дружно заклёвывают за суждения в темах, в которых он, по мнению общественности, разбираться не должен. Идиотов это не останавливает, а разумные люди начинают писать все меньше и меньше. В итоге общий уровень идиотизма лишь увеличивается.
    Эталон образованного человека — не узколобый специалист, который не мыслит дальше своего носа, а дженералисты вроде Фейнмана, которых хватало и на прорывы в своей области деятельности и на глубокое изучение ряда других вопросов, с этим никак не связанных
    https://vk.com/wall111195_10121

    Reply

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out /  Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out /  Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out /  Change )

Connecting to %s